Девятый фестиваль (2013) » Пресса

Анастасия Трушина. Не расставаться? Почему?

О гастролях на фестивале «Пять вечеров» им. А. М. Володина

А. Володин. «С любимыми не расставайтесь». Молодежный театр Алтая (Барнаул). Режиссер Дмитрий Егоров, сценография Фемистокла Атмадзаса.

В семидесятые, когда была написана пьеса и в восьмидесятые, когда вышел в свет знаменитый фильм Павла Арсенова, драма володинских героев — молодых супругов Мити и Кати — была понятна каждому. Но что же такое «Дело о разводе» сегодня, когда процедура расторжения (а частенько и заключения) брака превратилась в канцелярскую формальность?

В постановке Дмитрия Егорова, адресованной молодому поколению, действие перенесено в наши дни. Митя (Владимир Хворонов) то и дело потягивает пиво из двухлитровой пластиковой бутылки, Катя (Маргарита Ходарева), привлекая внимание бывшего мужа, принимает красивые позы на диване, листает глянец. И прочие молодожены, решившие расторгнуть брак, заключенный не то на спор, не то по нелепой ошибке, инертны и подчеркнуто ограниченны. Некоторые — до карикатурности. Кажется, что между многими молодыми людьми не только никогда не было, а попросту и не могло быть настоящих чувств. И в некоторых парах, к сожалению, партнера не слышат не только персонажи, но и актеры…

4

Спектакль начинен всевозможными атрибутами современной жизни — своеобразными ориентирами, вероятно, призванными помочь сидящим в зале подросткам идентифицировать себя с володинскими персонажами: здесь и соцсети, и Angry birds, и зеркальные фотокамеры. Колонки разрываются от хитов Земфиры и «Сплина»… Все разводящиеся, ожидая своей очереди, находятся на сцене, пока разыгрывается история Кати и Мити, но почти не наблюдают за происходящим. Они сидят, уставившись в мобильники, застыв, как манекены. Экраны интересуют больше, чем жизнь вокруг. Гаджеты в спектакле служат аллегорией разобщения. Стилистика выдержана, но к историям из пьесы она не имеет отношения. И этот зазор заставляет задуматься скорее не о том, что мы разучились общаться в реале, а о том, что и герои Володина не умели. У нас-то хоть социальные сети есть!

Но главная проблема, требующая решения при постановке «Любимых», сегодня состоит в том, что фигура судьи анахронична. Морализаторские наставления этого персонажа режут слух — сложно поверить в то, что современные служители закона могут быть столь обеспокоены судьбами граждан… Герой Анатолия Кошкарева переживает очень достоверно, но в структуре целого его озабоченность производит впечатление патологии: зачем он так усложняет жизнь свободным, взрослым людям?.. При этом на бумажном за-днике периодически всплывают видеозаписи: напомаженные работницы ЗАГСа с гипертрофированной душевностью выдают напутствие брачующимся. Выспренность интонаций и витиеватость формулировок от раза к разу меняются, но за этим можно расслышать лишь одно: сегодня брак — пустая формальность, или, используя речевой штамп, — «штамп в паспорте».

5

Пожилая женщина, пришедшая домой к Мите и Кате по объявлению о размене квартиры, пытается предостеречь супругов от ошибок, с которыми ей самой довелось столкнуться в юности. Героиня рассказывает о капитальной перегородке, по ее собственному желанию возведенной в комнате, где они жили с сестрой. За вполне бытовой, на первый взгляд, историей всплывает настоящая драма двух близких друг другу людей. Но найти такую интонацию, чтобы не впасть в морализаторство и пафос при произнесении монолога о том, что с любимыми не стоит расставаться, сегодня трудно. В этом эпизоде режиссер находит остроумный ход. Лариса Корнева читает монолог предельно искренне, но и предельно патетично. А все вокруг заливаются от смеха (да женщине и самой смешно от того, что она ни с того ни с сего разразилась неуместной тирадой). И снимают ее на камеры мобильников, и ясно, что такой забавный монолог будет иметь в сети успех.

Но почему же, в таком случае, персонажи не смеются над вопросами дотошного судьи? Развлечения в двадцать первом веке, конечно, несколько иные, нежели в предыдущем — вместо чарльстона и бега в мешках в спектакле с размахом показана развязная пьяная дискотека. Вместо игры «безбилетный пассажир» — весьма затянувшиеся пошловатые конкурсы. Лощеный накокаиненный диджей настойчиво рекомендует Кате не думать. «Я об этом не думаю, повторяй за мной!» — твердит он в микрофон (настолько долго, что уж забываешь, о чем именно). И как-то уж очень внезапно героиня, бывшая прежде живой, в этой сцене превращается в куклу и не пытается отстоять свое желание думать (конечно, сдаваясь в итоге), а откровенно и дешево ломается.

Шанса на соединение режиссер героям не дает. В финальной сцене они сидят на диване, упершись взглядами в пространство перед собой, и не могут преодолеть некоммуникабельности. Единственное, на что способна Катя, — это методично повторять «Я скучаю по тебе, Митя! Я скучаю по тебе!». Может быть, получилось бы лучше, если б она написала смс?..