Восьмой фестиваль (2012) » Пресса

Дарья Коротаева. Нектар-IN
Проба пера. Газета Володинского фестиваля. № 2. 7 февраля 2012

1 Театральное объединение Fильшты-Kozlы. Спектакль-квартирник «Стыдно быть несчастливым». (по мотивам дневников А. Володина «Записки нетрезвого человека»).
Режиссер — Семен Серзин

Стыдно быть несчастливым! Да кто бы спорил с вами, ребята!? Да кто бы вообще с вами мог поспорить?! Уж больно вы были убедительны, вроде и про войну, и про смерть, да и про жизнь с ее несправедливостью — а несчастливым все равно как-то ну неприлично на глаза показываться. Да, знаете, и неталантливым тоже. Истории-то простые рассказывае-те (смешно, конечно, трогательно, но ведь так просто), а неталантливым быть в вашем присутствии все-таки совестно. Да, и я вам больше скажу — некрасивым рядом с вами тоже не очень-то почетно.

Говорю я про «Квартирник», поставленный Семеном Серзиным по мотивам дневника Александра Володина «Записки нетрезвого человека», сыгранный не существующим театральным объединением Фильшты—Kozlы и музыкальной группой Не’мой фронт.

Тексты в «Квартирнике» звучали не только Володина, но и близких и любимых им Окуджавы, Пастернака, Хочинского. А также незнакомые Володину, но до удивления органично рядом с его текстами стоящие песни Жени Серзина, ис-полненные так же органично проза-поэтически Андреем Злобиным на фортепиано и Игорем Ушаковым на бас-гитаре.

В конце Марина Дмитревская сказала, что Володину было бы хорошо этим вечером, — Григорий Михайлович Козлов поддержал из-за стола одобрительным окающим «Да!» Я вот не могу похвастаться тем, что знаю, как Володину «с нами» было бы во вчерашний вечер, но то, что нам с ним было очень хорошо, благодаря ребятам, — это факт. Виктор Рыжаков вообще объявил, что это лучшее по Володину за последнее время. Мне кажется, оттого лучшее, что как дышится, так и играется — без регламента. И так свободно и непринужденно играют про то, про что «совсем-совсем» не знают (ну что мы, родившиеся на рубеже восьмидесятых и девяностых, можем знать про советскую жизнь: анекдоты и страшилки). Но вот штука: в «Квартирнике» нет ни того и ни другого, а есть вместо этого — чувствование и понимание. Понимают, собаки, что солдат (Ваня Бровин), когда в госпитале провод с еле слышной мелодией прижимал к уху, он не его прижимал, а ту далё-ё-ё-кую (героиню Алены Артемовой) обнимал.

Понимают, что за пять дней до призыва можно в девушку — серенькую, непримечательную — ТАК влюбиться, что, вернувшись, и жениться на ней (эпизод минуты в две-три представлен Евгением Переваловым и Мариной Даминевой с горячей картошкой и горячей влюбляемостью).

2

Понимают про Пастернака (Филипп Дьячков). Понимают и про любовь к жене, и про недосягаемость при ней заветных 100 грамм (Владимир Карпов). Да про «треники» растянутые, да про чувство до гроба, да про майку с ручной надписью «Майми», да про любовь к сыну, да про бутерброды с докторской, да про свободу без свободы. Все — каждый, всё — каждое — по-ни-ма-ют. И что еще более удивительно — по невиденному и непережитому без пафоса и сентиментальности ностальгируют.

Вот спорят-спрашивают-рассуждают, «Квартирник» театр иль не театр. Конечно, он сейчас театр — ведь необходимости в нем нет никакой. Мы же не на квартире — мы в театре сидим. Но нам шинкуют капусту, нам предлагают «старинную» закуску, актеры ходят в «аутентичных» советских костюмах и платьях — хотя можно ж одеться и поприличней. Игра? Игра. Газетами все обклеено, пылесос из 1970-х, «газовырабатывающая» машина (или как она там называется), граненые стаканы, стулья из детского сада… Декорации? Декорации. Но все же НО… это театр, от театра себя всеми силами открещивающий. Мы не в зале — мы в буфете. Мы едим и выпиваем, — кстати сказать, вместе с актерами. И они тоже зрители: смеются и удивляются, потому что некоторые отрывки и вправду видят впервые («Квартирник» подвижен — он каждый раз обрастает новыми подробностями). Да и самых навязших в зубах театральных вещей нет: первое — рампы (стоит какая-то картонная перед музыкантами, но они через нее туда-сюда, туда-сюда), второе — самомнения. Вроде рассказ от первого лица, но без посягательств на авторство или миссионерство. Слова не свои, но такие и по-вторить не стыдно, да и нам послушать полезно.

P. S. Квартирник начинается с того, что Филипп Дьячков печатает на машинке: «Все с ума посходивши. Все с ума посходивши. Все посходивши с ума. Проба пера», и оглядывается на вокруг сидящих зрителей — проверяет, так или не так. Так или не так — осталось загадкой, но за рекламу нашей газеты отдельное спасибо!

P. P. S. Фильшты и Козловцы, пожалуйста, пусть все сложится так, чтобы вы как можно больше работали вместе. По-тому что, понимаете, персик, конечно, хорош, но шероховат, а слива гладкая, но не такая сладкая — а вместе замечательный фрукт: нектар-in. Так выпьют же боги свой напиток за вас!

Вы: Филипп Дьячков, Марина Даминева, Евгений Перевалов, Владимир Карпов, Вера Параничева, Иван Бровин, Кирилл Варакса, Аня Донченко, Коля Куглянт, Алена Артемова, Вова Кочуров, Арсений Семенов, Надя Толубеева, Семен Серзин.