Седьмой фестиваль (2011) » Первая читка

Ольга Савина
Анабиоз
Пьеса в трёх частях
А смерти нет
Часть первая
ЯДОВИТЫЙ ПЛЮШ
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

ФЕДУЛОВ, таксидермист
ЛЕНА, его дочь
КАТЯ
СЕМЁН БОРИСОВИЧ
ОН

СЦЕНА ПЕРВАЯ

СЕМЁН БОРИСОВИЧ. Что это вы раньше блондинкой были?

ЛЕНА. Нет.

СЕМЁН БОРИСОВИЧ (внимательно смотрит на фотографию). Да? Странно… а фотография… знаете ли…

ЛЕНА. Фотография, наверное, плохая…

СЕМЁН БОРИСОВИЧ. Ну-ну, продолжайте.

ЛЕНА. И вот. Она ему сказала, что любит его, как дочери подобает любить отца. Ни больше — ни меньше.

СЕМЁН БОРИСОВИЧ. Так-так… и что было дальше?

ЛЕНА. А он выгнал её из дома.

СЕМЁН БОРИСОВИЧ. Правда? Кто — он?

ЛЕНА. Король Лир…

СЕМЁН БОРИСОВИЧ. Король Лир… Да, верно… Король Лир…

ЛЕНА. Да…

СЕМЁН БОРИСОВИЧ. Король Лир… (Пауза.) А у вас вроде корни белые пробиваются? Вы блондинкой точно не были?

ЛЕНА. Вам кажется.

СЕМЁН БОРИСОВИЧ. Жаль… Вам бы пошло блондинкой…

ЛЕНА. Семён Борисович, ко мне вопросы ещё будут?

СЕМЁН БОРИСОВИЧ. Нет-нет. Идите. (Захлопывает зачётку.) Зачёт, Федулова…

ЛЕНА. Спасибо…

СЕМЁН БОРИСОВИЧ. Скажите, чтобы следующий заходил…

ЛЕНА. Скажу. (Выходит.)

В коридоре.

КАТЯ. Ну, как?

ЛЕНА. Скажи, чтобы кто-нибудь ещё заходил.

КАТЯ. Ты последняя.

ЛЕНА. Правда?

КАТЯ. Ну, что? Сдала? Он тебя так долго спрашивал. Что хоть спрашивал?

ЛЕНА. Да, фигню какую-то… Слушай… (Достаёт зеркало, смотрит на волосы.) У меня волосы не светлеют?

КАТЯ. По-моему, ты уже совсем…

ЛЕНА. Подождёшь меня?

В аудитории.

ЛЕНА. Семён Борисович…

СЕМЁН БОРИСОВИЧ. А? Это вы, Федулова. Что-то не так?

ЛЕНА. Да, нет… В смысле, всё так… Я спросить хотела…

СЕМЁН БОРИСОВИЧ. Я слушаю…

ЛЕНА. Вот смотрите… Почему дочь короля Лира не сказала ему, что он хотел услышать? Я хочу сказать, это же так просто: папочка, ты самый лучший, я тебя так люблю, жить без тебя не могу… И тогда бы он не выгнал её. Все счастливы…

СЕМЁН БОРИСОВИЧ. Она не хотела врать своему отцу.

ЛЕНА. А что тут такого?

СЕМЁН БОРИСОВИЧ. Король всю свою жизнь купался во лжи, так сказать. Ему казалось, что все его любят и уважают. Но это была лишь иллюзия. Понимаете, о чём я?

ЛЕНА. Ну, и что? Жил бы так и дальше, пока не помер.

СЕМЁН БОРИСОВИЧ. Нельзя жить иллюзиями.

ЛЕНА. Почему?

СЕМЁН БОРИСОВИЧ. Это… нехорошо…

ЛЕНА. Почему?

СЕМЁН БОРИСОВИЧ. Так, Федулова. Идите. Идите домой.

ЛЕНА. Так что по поводу моего вопроса?

СЕМЁН БОРИСОВИЧ. Какого вопроса? (Вытирает лоб платком.) Идите уже…

ЛЕНА. До свидания (Уходит, но тут же возвращается.) Ещё один вопрос.

СЕМЁН БОРИСОВИЧ. Что ещё?

ЛЕНА. Вы что-нибудь понимаете в естественных науках?

СЦЕНА ВТОРАЯ

Комната Лены. Лена сидит около своей кровати.

ЛЕНА. Выходи… Выходи, сказала…

Пауза.

ЛЕНА. Ещё одно предупреждение, и я… и я…

Пауза.

ЛЕНА. Ну, пожалуйста… Вылезай. Там пыльно. И пауки… Ну, ладно пауков там нет, но пыльно…

Входит Федулов.

ФЕДУЛОВ. Леночка, к тебе можно?

ЛЕНА. Конечно, пап… Тем более, ты всё равно зашёл…

ФЕДУЛОВ. Ну?

ЛЕНА. Что?

ФЕДУЛОВ. Как зачёт?

ЛЕНА. Сдала…

ФЕДУЛОВ. Молодец…

Пауза.

ФЕДУЛОВ (одновременно со следующей репликой Лены). Ты знаешь…

ЛЕНА. Я хотела спросить… Говори ты первый.

ФЕДУЛОВ. Нет, ты.

ЛЕНА. Нет, ты.

ФЕДУЛОВ. Лена…

ЛЕНА. Да, я просто хотела рассказать про нашего препода… Он такой странный… Вот, например… Ответь на вопрос. Что плохого, если человек живёт… иллюзиями, что ли… Ну, как в волшебной стране.

ФЕДУЛОВ. А что тут хорошего? Это же неправда…

ЛЕНА. Да какая разница? Ты же этого не знаешь. Тебе кажется, что всё круто. Этому куча примеров. Например, там, Алиса в стране чудес, ну и другое.

ФЕДУЛОВ. Вот смотри. Я делаю чучела птиц, так? С виду — как живые, а так что? Внутренностей нет, шкурки ядовитые… Да и вообще… (Собирается уходить.)

ЛЕНА. Пап…

ФЕДУЛОВ. Что?

ЛЕНА. А у мамы… у неё какие волосы были?

ФЕДУЛОВ. Чёрные были… Черные, как крыло ворона…

ЛЕНА. Фу, папа, ужасная фраза… Опять ты про своих птиц. (Пауза.) Кстати, пап… Кот под кровать залез и не выходит. Помоги вытащить?

ФЕДУЛОВ. Давай посмотрим. Ну-ка, отойди (Отодвигает кровать, меняется в лице.) Лена… Лена, понимаешь… Закрой глаза…

ЛЕНА. Ну, пап… мне не три года… Не надо со мной, как с маленькой… Что там у тебя?

ФЕДУЛОВ. Просто закрой глаза…

ЛЕНА. Я, конечно, закрою. Но это не оттого, что я тебя послушала, просто тем самым я даю тебе понять…

ФЕДУЛОВ. Давай быстрее…

ЛЕНА. Я даю тебе понять (закрывает глаза, темнота), что я уже взрослая и что мне совсем не трудно это сделать. Что тут сложного? Ну, что там у тебя? Можно уже открыть глаза? Пап? Папа… (Открывает глаза, в комнате никого.)

СЦЕНА ТРЕТЬЯ

Комната Лены. Лена складывает вещи в сумку.

КАТЯ. Зубную щётку взяла?

ЛЕНА. Взяла. Я не знаю… Что мне может ещё понадобиться?

КАТЯ. Вот у меня один друг говорит, что когда идёшь в гости, обязательно надо взять носки…

ЛЕНА. Зачем?

КАТЯ. Я так и не поняла зачем…

ЛЕНА. Может, у него от ног воняет?

КАТЯ. Непонятно… Честное слово, ты собираешься как будто на неделю. Ты же у меня всего пару дней погостишь.

ЛЕНА. Мало ли что может случиться… У меня мама как всегда говорила, идёшь на день — собирайся на неделю. (Кладёт в сумку носки.) Или как-то в этом роде… Ну, смысл такой же…

КАТЯ. Ты скучаешь по маме?

ЛЕНА. Немного… (Пауза.) Я её не очень помню, но папа говорит, что я её личная копия. Понимаешь, просто я…

Плюшевый медведь, которого держала в руках Катя, начинает играть какую-то дурацкую песню про опилки.

КАТЯ. Ой, извини, я случайно на него нажала… (Смотрит на медведя.) Как он противно поёт…Опилки? Какие опилки? Что ты там говорила?

ЛЕНА. Ничего… Я уже не помню…

КАТЯ. Понятно… Слушай, Лен…

ЛЕНА. Чего?

КАТЯ. Я вот смотрю на Пряника и думаю… Что-то он уже полчаса на одном месте сидит…

ЛЕНА. Ну, и?

КАТЯ. Пряня, котик… Ты жив? (Тянется к нему руками.)

ЛЕНА. Я бы этого не делала…

КАТЯ. Он у тебя заболел, что ли? Что он у тебя полчаса уже не двигается?

ЛЕНА. Ой, Кать…

КАТЯ. Что случилось?

ЛЕНА. Помер он…

КАТЯ. Кто?

ЛЕНА. Кот мой помер. Пряник.

КАТЯ. А это что?

ЛЕНА. Кать, ну ты забыла, что ли? Папа сделал чучело кота, чтобы я не сильно расстраивалась… Только не помогает.

КАТЯ. Надо же… А с виду, как живой…

ЛЕНА. Ну, да…

КАТЯ. Только что не мяукает.

ЛЕНА. И кушать не просит. (Вешает сумку на плечо.) Ну, что? Идём?

КАТЯ. Ты готова? Тогда идём. (Пауза.) Это надо… как живой…

СЦЕНА ЧЕТВЁРТАЯ

КАТЯ. Всё, я больше не могу.

ЛЕНА. Я тоже.

КАТЯ. Глаза просто слипаются. Так, Лен, закрывай учебник, идём спать.

ЛЕНА. Подожди, я ещё не всё выучила.

КАТЯ. Всё выучить невозможно. Давай ложиться.

ЛЕНА. А как же зачёт?

КАТЯ. Завтра придумаем что-нибудь.

Катя зевает, закрывает все книги, складывает их на стол. Лена продолжает читать.

КАТЯ. Не понимаю, зачем нам, гуманитариям, это естествознание.

ЛЕНА. Я пытаюсь запомнить, но ничего не выходит.

КАТЯ. Про что ты там читаешь?

ЛЕНА. Про анабиоз.

КАТЯ. Про что?

ЛЕНА. Анабиоз.

КАТЯ. Какая скукотень…

Пауза.

КАТЯ. Знаешь, у меня в детстве была черепаха. Однажды она впала в спячку, а мы подумали, что она умерла, и похоронили её.

ЛЕНА. Какой ужас.

КАТЯ. Мы просто не знали, что они спать ложатся. На вид она была мёртвой черепахой. Знаешь, как я плакала? Черепаха, конечно, вздорная была.

ЛЕНА. Всё равно, жалко…

КАТЯ. Это точно. Ладно, давай спать. Спокойной ночи…

ЛЕНА. Ага, спокойной…

Пауза.

КАТЯ. Лен?

ЛЕНА. Ты же вроде спала.

КАТЯ. Да я вот замечталась, что-то…

ЛЕНА. Давай рассказывай…

КАТЯ. Если бы я жила во времена Луи Армстронга, он бы смог меня полюбить?

ЛЕНА. Я думаю, в этом нет сомнений…

КАТЯ. Это хорошо… И я бы смогла стать его женой?

ЛЕНА. Почему нет?

КАТЯ. В самом деле, почему бы и нет?

ЛЕНА. А я бы смогла стать женой Джона Леннона?

КАТЯ. Ну… не знаю.

ЛЕНА. Да ладно тебе.

КАТЯ. Нет, я серьёзно. Вот смотри: кто Джон Леннон, а кто ты… Только не обижайся, ладно?

ЛЕНА. На правду не обижаются. (Пауза.) А если бы не было Йоко Оно?

КАТЯ. Тут шансов больше, но… ты сама понимаешь. Бедная моя маленькая Лена. Тебе пора перестать летать в облаках.

ЛЕНА. Я бы была Леной Леннон. Круто, да?

КАТЯ. Давай, добро пожаловать в реальный мир…

ЛЕНА. Знаешь, я всегда думала… Мне всегда было так грустно от того, что он так рано умер… Понимаешь, мне всегда казалось, что мир так много потерял в лице одного человека. Ведь он был таким клёвым, наверное… Но, я думаю, что это ещё не конец… Может быть, он даже не умер, а просто заснул. Ну, знаешь, до поры — до времени. Я думаю, что он вернётся. Таким, как был… в своих круглых очках и с гитарой… Я бы сидела у себя в комнате, пыталась сыграть что-нибудь на своей гитаре, что-то типа «All you need is love» или «Imagine», или я ещё не решила, что буду играть. А он бы вошёл и сказал: «Эй, детка, твоя гитара ни на что не годится». Я бы улыбнулась, а он… Что ты на меня так смотришь?

КАТЯ. Вот это хрень…

ЛЕНА. Ну, блин… ладно.

КАТЯ. Нет, я серьёзно. Мне кажется, образование тебе только во вред.

ЛЕНА. Спокойной ночи.

КАТЯ. Спокойной. (Переворачивается на другой бок.)

* * *

ЭКСКУРСОВОД. Сюда! Сюда проходите. В этот зал, пожалуйста. Что там? Все подтянулись? Не задерживайтесь, пожалуйста. Нас время поджимает. Итак, в этом зале у нас представлена выставка работ таксидермиста Федулова. Виктор Игоревич Федулов известен тем, что разработал совершенно новый способ работы в его направлении. Благодаря этому способу, чучела животных выглядят совершенно живыми. Того и гляди сейчас зашевелятся. Оцените сами. Посмотрите сюда. Это особь так называемой колибри сапфир. Посмотрите, какие яркие краски… (Пауза.) Молодой человек, у вас вопрос?

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. Вот вы сказали — новый способ. А в чём этот способ заключается?

ЭКСКУРСОВОД. Вы знаете, я об этом мало знаю… Давайте я лучше вам о колибри расскажу? (Пауза, вздыхает.) Ну, вот у других таксидермистов что? Посмотришь на чучело, и сердце кровью обливается. А тут… Взять хотя бы этого глухаря… Посмотрите, как живой. У него глаза счастьем светятся…

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. Правда? Не улавливаю…

ЭКСКУРСОВОД. Так. Что-то я сегодня не то говорю… Простите, у меня голова разболелась… Вы походите по залу самостоятельно. Тут, в принципе, на стендах всё написано.

СЦЕНА ПОСЛЕДНЯЯ

ОН. Смотри-ка, глазища какие. Зелёные.

ЛЕНА. Ну, да.

ОН. Белый. Пушистый такой. Породистый?

ЛЕНА. Да не очень…

ОН. А как звать?

ЛЕНА. Пряник.

ОН. Мило.

Пауза.

ОН (одновременно со следующей репликой Лены). А ты…

ЛЕНА. Знаешь, я…

ОН. Говори ты первая.

ЛЕНА. Нет, ты…

ОН. Ты.

ЛЕНА. Ты первый.

ОН. Лен, ну что ты как маленькая?

ЛЕНА. Да просто. Я столько много тебя спросить хотела…

ОН. Спрашивай.

Лена смеётся.

ОН. Ты чего?

ЛЕНА. Не знаю. Просто… Я вот всегда себе представляла, что ты придёшь… А ты сейчас здесь… И я не знаю, что сказать.

ОН. Ты такая смешная, я не могу. Ты меня стесняешься, что ли?

ЛЕНА. Немного.

ОН. С ума сойти. Я уже минут пятнадцать смотрю на твоего кота. Почему он не двигается?

ЛЕНА. А… Это мой папа…

ОН. В каком смысле?

ЛЕНА. Он у меня таксидермист.

ОН. Что это значит?

ЛЕНА. Делает чучела животных. В основном, это птицы, но…

ОН. Как он это делает, интересно? А это опасно? Их пропитывают, наверное, чем-нибудь ядовитым?

ЛЕНА. Я не знаю, на самом деле. Папа изобрёл какой-то новый раствор. С ним чучела получаются, как живые. Но кто знает, как он действует на человека. Наверняка, у него есть какие-то побочные эффекты…

ОН. Странно. Вроде был живой кот, ты его любила, а теперь он стоит у тебя на столе, как плюшевая игрушка, но весь такой ядовитый…

ЛЕНА. Просто так ужасно терять тех, кого любишь… Вот… ещё один способ оставить их рядом с собой хотя бы на время…

Пауза.

ОН. Почему ты улыбаешься?

ЛЕНА. Я не очень верю… ты — здесь. В голове не укладывается… У меня такое ощущение, что я знаю тебя всю жизнь. (Пауза.) Скажи, как ты это делаешь?

ОН. Ты о чём?

ЛЕНА. Ты знаешь, о чём я…

ОН. Как тебе объяснить… Всё само собой как-то получается…

ЛЕНА. Знаешь, я пыталась делать это как ты, но…

ОН. Не надо, как я. Ты пойми, это же всё индивидуально. Делай, как умеет Лена Федулова.

ЛЕНА. Лена Федулова никак не умеет.

Лена улыбается.

ОН. Давай попробуем. Принесёшь?

Лена выбегает. Далее входит с гитарой в руках.

ОН. Ну…

ЛЕНА. Что?

ОН. Сыграй что-нибудь…

ЛЕНА. А что?

ОН. Какая разница? Реши сама.

ЛЕНА. Ладно. (Садится, делает несколько аккордов.)

ОН. Стоп.

ЛЕНА. Что-то не так?

ОН. Лена, детка… Твоя гитара ни на что не годится…

* * *

Экскурсовод курит.

ЭКСКУРСОВОД. Вы знаете, у меня сейчас перерыв. У вас вопрос? Дождитесь начала экскурсии.

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. Интересная выставка.

ЭКСКУРСОВОД. Вы что, увлекаетесь таксидермией? Делаете чучела?

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. Нет, не делаю, но… Могу я задать вопрос?

ЭКСКУРСОВОД. Спрашивайте.

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. Там фотография висела этого таксидермиста… как его…

ЭКСКУРСОВОД. Федулова.

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. Именно. Так вот… девушка рядом с ним… Кто она?

ЭКСКУРСОВОД. Странно, что вас это интересует.

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. Понимаете… что-то в глазах у неё…

ЭКСКУРСОВОД. Ну, конечно…

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. Странное.

ЭКСКУРСОВОД. Это, наверное, из-за раствора.

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. Какого раствора?

ЭКСКУРСОВОД. Вы же спрашивали про новый способ изготовления чучел, чтобы они получались как живые… Так вот. Секрет в растворе, который Федулов придумал. Он же не знал…

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. Не знал что?

ЭКСКУРСОВОД. Вы знаете, у меня сейчас смена через полчаса заканчивается… Может, угостите меня кофе? Я люблю со сливками. И без сахара.

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. Конечно. Я подожду вас.

ЭКСКУРСОВОД. Меня, кстати, Катя зовут.

Конец первой части
Часть вторая
ЛЕНА В СТРАНЕ ЧУДЕС
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

ФЕДУЛОВ, таксидермист
ЛЕНА, его дочь
ОН
РОМА
БАБКА

СЦЕНА ПЕРВАЯ

ЛЕНА. Как думаешь, на что похоже вон то облако? Мне оно почему-то напоминает Элвиса. (Пауза.) Думаешь, я схожу с ума?

ОН. Вовсе нет.

ЛЕНА. А мне иногда кажется, что да.

ОН. Почему? Ты видишь мертвецов?

ЛЕНА. Представь себе.

ОН. В каком смысле?

ЛЕНА. Папа домой таскает.

ОН. Папа таскает?

ЛЕНА. Ну, да. В основном птиц приносит. А потом из них чучела делает. По всему дому стоят. И ещё кот мой.

ОН. Да, я видел.

ЛЕНА. Видел.

ОН. Он, как живой.

ЛЕНА. Только мёртвый.

ОН. Ты переживаешь?

ЛЕНА. Немного. Но ничего. Привыкла. Когда тебя окружает смерть… Эй, ты чего смеёшься?

ОН (сквозь смех). О, Боже. Тебе пора перестать читать книжки.

ЛЕНА. Я слишком пафосно сказала?

ОН. О, да.

ЛЕНА. Как думаешь, если много читать, у меня будет рак мозга?

ОН. Будет-будет.

ЛЕНА. Я потерянный для общества человек.

ОН. Ты что-то говорила про… смерть. (Смеётся.)

ЛЕНА. Не смейся надо мной.

ОН. Не смеюсь. Просто так странно слышать это от тебя. Ты так молода. Длинные пальцы, узкие джинсы…

ЛЕНА. Вокруг меня все умерли.

ОН. Кто — все?

ЛЕНА. Я имела в виду мёртвых птиц, мёртвых животных и моего кота. Потом ещё моя мама. (Пауза.) И ты тоже умер, насколько я помню.

Пауза.

ЛЕНА. Я не знаю. Всё-таки эти облака какие-то странные. Смотри. Вон там, рядом с Элвисом, по-моему, это Битлы, ты не находишь? Только почему-то они втроём. А вон то — Луи Армстронг. Я его узнаю, это точно он. А там — Мэрилин Монро в своём знаменитом белом платье. Вон её рука, это платье, вон то её ноги. Красотка. Ты видишь её?

Пауза.

ЛЕНА. Ты видишь?

Пауза. Лена встаёт, оглядывается по сторонам.

ЛЕНА (громко). Вот спасибо. Мог бы предупредить, что уходишь.

СЦЕНА ВТОРАЯ

ФЕДУЛОВ. О, Боже, Лена.

ЛЕНА. Ну, что?

ФЕДУЛОВ. Опять? Запрокинь голову.

ЛЕНА. О, нет. Я испачкала кофту.

ФЕДУЛОВ. Это ничего. Иди, ляг на диван. Нужно приложить что-то холодное.

Лена ложится на диван, прикладывает платок к носу. Федулов уходит, через несколько секунд возвращается с каким-то пакетом.

ФЕДУЛОВ. Вот, держи.

ЛЕНА. Что это?

ФЕДУЛОВ. Приложи к переносице.

ЛЕНА. Это что? Замороженная курица?

ФЕДУЛОВ. Ну, да. (Пауза.) Давай, тебе нужен лёд.

ЛЕНА. Да. (Пауза. Прикладывает пакет к носу.) Птицы спасут меня. Это в твоём стиле, пап…

ФЕДУЛОВ (после паузы). Ну, что? Кровь перестала идти?

ЛЕНА. Вроде да.

ФЕДУЛОВ. Я думаю, надо сходить к врачу.

ЛЕНА. Пап, нет.

ФЕДУЛОВ. Лена, ну что ты как маленькая?

ЛЕНА. Ты же знаешь, я ненавижу врачей.

ФЕДУЛОВ. Знаю, а что делать?

ЛЕНА. Никуда не идти.

ФЕДУЛОВ. Лена, прекрати.

ЛЕНА. Не хочу и не пойду.

ФЕДУЛОВ. Ты посмотри на неё. Вся в мать. Упряма, как… Лена, пойми. Это всё для твоего блага.

ЛЕНА. Папа, хватит распинаться. Чего ты хочешь?

ФЕДУЛОВ. Знаешь, когда-то на твоем месте сидела твоя мама. Я её так же, как тебя сегодня, уговаривал пойти в больницу, а она, так же, как ты, упиралась всеми руками и ногами. И вот, что из этого вышло.

ЛЕНА. Пап, курица начинает таять. Засунь её обратно в морозилку.

ФЕДУЛОВ. Да, конечно, давай. (Забирает пакет с курицей, собирается уйти.)

ЛЕНА. Пап?

ФЕДУЛОВ. Что?

ЛЕНА. Я пойду, куда скажешь…

Пауза. Федулов уходит..

СЦЕНА ТРЕТЬЯ

Больница.

ФЕДУЛОВ. Так. Лен, ты только не волнуйся. Тебе придётся полежать здесь пару недель.

ЛЕНА. Недель? Папа, нет.

ФЕДУЛОВ. Лена, пойми, им нужно сделать все анализы, провести обследование всего организма. Чтобы знать наверняка.

ЛЕНА. Знать что?

ФЕДУЛОВ. Что у тебя ничего нет. Что ты здорова.

ЛЕНА. А как же институт?

ФЕДУЛОВ. Ничего страшного, пропустишь неделю-другую.

ЛЕНА. Я и так много пропустила.

ФЕДУЛОВ. Что? Ты прогуливала?

ЛЕНА. А если меня положат в одну палату с бабульками? Я же умру.

ФЕДУЛОВ. Не надо драматизировать.

ЛЕНА. Я и не драматизирую. Ничего похожего.

ФЕДУЛОВ. Тебе не придётся скучать. Я принесу тебе много книг. Будешь читать, готовиться к сессии.

ЛЕНА. Что бы я без тебя делала, пап…

ФЕДУЛОВ. И потом, ты всегда жаловалась, что не высыпаешься. Тебе представилась шикарная возможность выспаться на несколько лет вперёд. Спи, хоть целыми сутками.

ЛЕНА. Шикарно. И кровать заправлять не надо…

ФЕДУЛОВ. Так. Сейчас мы съездим домой за вещами. Тебе нужно что-то купить?

ЛЕНА. Не знаю, я никогда не лежала в больницах.

ФЕДУЛОВ. Я буду приходить каждый день.

ЛЕНА. Спасибо.

ФЕДУЛОВ. Ну, что ты скисла?

ЛЕНА. Да пап, чему радоваться? Всё это так ужасно.

ФЕДУЛОВ. Ты не расстраивайся. Это ненадолго. Я буду приносить тебе этих… твоих любимых… Мармеладовых мишек. Хочешь?

ЛЕНА. Хочу.

ФЕДУЛОВ. Ты составь список, что тебе нужно, я куплю.

ЛЕНА. Спасибо.

ФЕДУЛОВ. Нам надо сюда до вечера вернуться, так что действуем оперативно.

ЛЕНА. И сегодня здесь ночевать придётся?

ФЕДУЛОВ. Врач так сказал.

ЛЕНА. Час от часу не легче.

ФЕДУЛОВ. Лена…

ЛЕНА. Я понимаю, пап… Я всё понимаю…

ФЕДУЛОВ. Тогда идём?

ЛЕНА. Да. (Пауза.) Пап?

ФЕДУЛОВ. Да?

ЛЕНА. Я боюсь.

ФЕДУЛОВ. Всё будет хорошо.

ЛЕНА. Обещаешь?

ФЕДУЛОВ. Да.

ЛЕНА. Тогда идём? Я хочу мармеладовых мишек…

СЦЕНА ЧЕТВЁРТАЯ

Больница. Ночь. Лена сидит на подоконнике в коридоре, смотрит в окно, рядом лежит книжка.

РОМА. Привет.

Лена оборачивается, испуганно смотрит на него.

ЛЕНА. Ты меня напугал. Кто тебя учил подкрадываться?

РОМА. Прости.

ЛЕНА. Да ладно уж.

РОМА. Хороший вид.

ЛЕНА. В смысле?

РОМА (подходит к окну). Вид из окна.

ЛЕНА. Какая-то ржавая машина. Неплохой вид.

РОМА. Ты чего не спишь?

ЛЕНА. Не спится. Тут всё так ужасно. Всё так угнетает. Просто невозможно. Ты бы видел мою простыню. Она ужасно рваная. И пододеяльник тоже. А из подушки вылезают перья. И впиваются мне в голову. А ещё со мной в палате лежат три бабули. От них воняет чем-то, и я даже не хочу знать чем. И они всегда бубнят что-то себе под нос. Да и вообще…

РОМА. Эй, успокойся.

ЛЕНА. Прости. Просто… я тут уже целых пять дней.

РОМА. Я тут уже две недели.

ЛЕНА. И ты ещё жив? Я бы давно умерла…

РОМА. Пока жив. (Пауза.) Я — Рома.

ЛЕНА. Лена Федулова.

РОМА. Ты с какого отделения?

ЛЕНА. О, боже. На самом деле я ничем не болею. Просто проверяют. Чтобы знать наверняка.

РОМА. Ясно. А я с инфекционного. Тоже проверяют. На гепатит. Просто ко мне никого не пускают. А со мной лежат одни наркоманы и проститутки. Даже поговорить не с кем. Я уверен, что жизнь у них интересная, то разговаривать как-то не тянет. На самом деле я просто ушёл, мне нельзя выходить.

ЛЕНА. Представляю, как тебе скучно.

РОМА. Немного. К тебе кто-нибудь приходит?

ЛЕНА. Да. Папа. Приносит мне мармелад. Хочешь? (Достаёт пакет.)

РОМА. Нет, спасибо.

ЛЕНА. Бери, они же вкусные. Такие… резиновые.

РОМА. Мне нельзя ничего такого.

ЛЕНА. Что же ты ешь?

РОМА. Всякий отстой.

ЛЕНА. Да, кормят тут ужасно.

РОМА. Это точно. А что ты читаешь?

ЛЕНА. «Алиса в стране чудес».

РОМА. Правда? Я думал, это для детей. Интересно?

ЛЕНА. Пожалуй, да. Ты не читал?

РОМА. Нет. Всё время забываю, как зовут автора.

ЛЕНА. Льюис Кэрролл.

РОМА. Точно.

ЛЕНА. А ты знаешь, что он всю жизнь был девственником?

РОМА. Да ладно?

ЛЕНА. Да.

РОМА. А ты откуда знаешь?

ЛЕНА. А что? Знаю и всё. (Пауза.) В журнале прочитала.

РОМА. Ясно. Дашь почитать?

ЛЕНА. Журнал?

РОМА. Книгу.

ЛЕНА. Да, конечно. Только я сама ещё пока не дочитала. Ты здесь ещё надолго?

РОМА. Полежу ещё.

ЛЕНА. Тогда я отдам, когда дочитаю, хорошо?

Слышно, что по коридору кто-то идёт.

РОМА (шепотом). Слышишь?

ЛЕНА. Что?

РОМА. Кто-то идёт. Это, наверное, медсестра.

ЛЕНА. И что?

РОМА. Сегодня дежурит просто ведьма. Если она меня здесь увидит… Короче, мне нужно идти. Пока, Лена Федулова.

ЛЕНА. Пока.

Рома собирается уйти.

ЛЕНА. Стой.

РОМА. Что?

ЛЕНА. Ты завтра придёшь сюда? В смысле, я бы тебе книгу отдала и всё такое. Если бы сама прочитала, конечно.

РОМА. В это же время?

Лена утвердительно кивает головой. Рома уходит.

СЦЕНА ПЯТАЯ

Больница.

ФЕДУЛОВ. Смотри, кто пришёл!

ЛЕНА. О, пап. Зачем ты притащил Пряника?

ФЕДУЛОВ. Я думал, тебе будет веселее.

ЛЕНА. Спасибо. А ты уверен, что его можно сюда?

ФЕДУЛОВ. А что тут такого? (Ставит чучело кота на тумбочку.) Ну, вот. Рассказывай, что у тебя тут?

ЛЕНА. У меня тут седьмой круг ада.

ФЕДУЛОВ. Неужели всё так плохо?

ЛЕНА. Нет. Всё ещё хуже.

ФЕДУЛОВ. Ты преувеличиваешь.

ЛЕНА. Когда я смогу вернуться домой?

ФЕДУЛОВ. Я не знаю.

ЛЕНА. Что можно так долго проверять? Я имею в виду, я чувствую себя прекрасно.

ФЕДУЛОВ. Врачам лучше знать.

ЛЕНА. Пап. Ты ничего от меня не скрываешь?

ФЕДУЛОВ. Что я могу от тебя скрывать?

ЛЕНА. Знаю я этих врачей. Никогда не скажут, что на самом деле. Все врут. Позвони доктору Хаусу, он мигом меня вылечит.

ФЕДУЛОВ. Лена, это только по телевизору так. А в жизни всё по-другому.

ЛЕНА. Я устала.

ФЕДУЛОВ. Так. Посиди тут пока, я сейчас схожу к врачу, пока он не ушёл, и всё узнаю, хорошо?

ЛЕНА. Да.

Федулов выходит. Лена переворачивается на другой бок, лицом к коту, который стоит на тумбочке.

ЛЕНА. Привет, Пряник. Ну, как там дома? Ты ещё не разгромил мою комнату?

Пауза.

ЛЕНА. Не устраиваешь вечеринки с другими чучелами?

Пауза.

БАБКА. С кем ты там разговариваешь?

ЛЕНА. Ни с кем.

БАБКА. Я же слышала.

ЛЕНА. Вам показалось, я ни с кем не разговаривала.

БАБКА. А, ясно. (Пауза.) А я ем яблоко.

ЛЕНА. Это здорово. (Пауза.) Так держать.

Входит Федулов.

ФЕДУЛОВ. Лена, у меня хорошие новости.

ЛЕНА. Ну, давай, удиви меня.

ФЕДУЛОВ. Врач сказал, что завтра ты можешь пойти домой.

ЛЕНА (разочарованно). Правда?

ФЕДУЛОВ. Что-то не так? Я думал, ты хочешь домой.

ЛЕНА. Я хочу. Да. Я рада. Я имею в виду… наконец-то!

ФЕДУЛОВ. Ну-ка, ну-ка, что-то ты темнишь.

ЛЕНА. Пап… вечно ты придумываешь…

ФЕДУЛОВ. Меня не обманешь.

ЛЕНА. Ты уверен?

ФЕДУЛОВ. Сдаётся мне, ты с кем-то познакомилась, и теперь тебя не очень-то домой тянет.

ЛЕНА. Ну, пап…

ФЕДУЛОВ. Засмущалась, покраснела. Значит, правда. Ну, как его зовут?

ЛЕНА. Какая разница…

ФЕДУЛОВ. Неплохо.

Пауза.

ЛЕНА. Пап, ты чего?

ФЕДУЛОВ. Что? А, да так, задумался…

ЛЕНА. О чём?

ФЕДУЛОВ. Да вот, выросла ты быстро. Не успел я оглянуться — а ты уже невеста.

ЛЕНА. Никакая я не невеста.

ФЕДУЛОВ. Это пока. А пройдёт пара-тройка лет… Да… Выйдешь замуж, а про отца и не вспомнишь.

ЛЕНА. Ну, что ты такое говоришь. Что я тебе, Гонерилья? Или Регана какая-нибудь?

ФЕДУЛОВ. Это кто ещё?

ЛЕНА. Это дочери короля Лира, которые его бросили. Ужасные имена, правда?

ФЕДУЛОВ. Вот-вот, буду я, как твой король Лир…

ЛЕНА. Не будешь. Никуда я от тебя не денусь. Мы же семья… Ты и я…

ФЕДУЛОВ. И мама.

ЛЕНА. Пап, мамы же… нет.

ФЕДУЛОВ. Что-то ты с тобой заболтались. Так. Давай я унесу часть твоих вещей сегодня. Чтобы завтра меньше было тащить.

ЛЕНА. Пап, оставь кота, пожалуйста.

ФЕДУЛОВ. Хорошо. Что забрать? Давай книги заберу. Эти ты уже прочитала?

ЛЕНА. Ага.

ФЕДУЛОВ. Эту тоже заберу. Что это? «Алиса в стране чудес»?

ЛЕНА. Эту оставь.

ФЕДУЛОВ. Ты же сказала, ты её прочитала.

ЛЕНА. Неправда. Я тебе наврала. Я ещё не закончила.

ФЕДУЛОВ. Хорошо. Оставлю.

ЛЕНА. Пап?

ФЕДУЛОВ. Что?

ЛЕНА. Что там с опытами?

ФЕДУЛОВ. Какими опытами? А, это… Завтра утром будет всё готово. Заключение и всё такое.

ЛЕНА. Что я здорова?

Федулов убирает ей волосы со лба. Пауза.

ФЕДУЛОВ. А как же иначе?

СЦЕНА ШЕСТАЯ

Неяркий свет. На стуле сидит бабка, её ноги закрыты большим покрывалом. В нескольких шагах от неё стоит Лена. Она в платье, на голове — большой бант. Бабка курит кальян. Постепенно пространство заполняется дымом.

БАБКА. Откусишь от одной стороны гриба — станешь большой. Откусишь от другой — станешь маленькой.

СЦЕНА СЕДЬМАЯ

Ночь, больничный коридор.

ЛЕНА. Я думала, ты не придёшь.

РОМА. Я же обещал.

ЛЕНА. Ты пришёл.

РОМА. Непросто было уйти незаметно, но…

ЛЕНА. Что это у тебя с рукой?

Лена показывает на огромный фиолетовый синяк на руке Ромы.

РОМА. А, это… Капельницу ставили.

ЛЕНА. Какой ужас.

РОМА. Медсестра не могла вену найти. Она слепая, как крот. Видела бы ты её очки. Это просто телескопы. Да и вены у меня видно не очень хорошо.

ЛЕНА. У меня тоже плохо видно. (Пауза.) А ещё у меня есть шрам на коленке. (Показывает колено.) Это я с качели упала. А ещё у меня на ступне есть. Это когда я на гвоздь наступила.

РОМА. Ого. Впечатляет.

ЛЕНА. Вот у меня на голове шишка. Я думаю, это мозгу тесно, он выпирает. Что ты улыбаешься? Можешь сам потрогать. Вот здесь, над ухом.

Рома проводит рукой по её голове.

РОМА. По-моему, ты просто где-то ударилась.

ЛЕНА. Может и так. А меня завтра выписывают.

РОМА. Правда? То есть, это здорово. Я рад за тебя. Поздравляю.

ЛЕНА. Спасибо.

РОМА. Не слышу радости в голосе.

ЛЕНА. Она есть.

РОМА. Значит, ты ничем не больна.

ЛЕНА. Так и есть. (Пауза.) А что с твоим здоровьем?

РОМА. Ну, у меня гепатит.

ЛЕНА. Это точно? А у меня прививка.

РОМА. Если у меня вирус А или В, то ещё ничего, излечимо. А если С, то…

ЛЕНА. Тебя вылечат. (Пауза.) И меня вылечат.

РОМА. И всех нас вылечат.

Оба смеются.

ЛЕНА. Ну, да. Как в кино.

Пауза.

РОМА. Блин, знаешь что?

ЛЕНА. Что?

РОМА. Так охота выпить водки.

ЛЕНА. Ого.

РОМА. Ты не поймешь. Просто мне нельзя ничего. Сладкого, соленого, жирного, жаренного… алкогольного.

ЛЕНА. Кошмар, я-то думала мне плохо. Ну, нельзя так нельзя.

Пауза.

РОМА. Лен?

ЛЕНА. Что?

РОМА. Можно тебя кое о чём попросить?

ЛЕНА. Да, конечно. (Пауза.) В пределах разумного, конечно.

РОМА. Конечно. (Пауза.) Слушай… я тебе рассказывал, что болею… и если у меня гепатит С, то я умру…

ЛЕНА. Что ты за фигню говоришь?

РОМА. Если всё-таки у меня всё плохо, то… то можешь выполнить одну мою просьбу?

ЛЕНА (после паузы). Всё, что хочешь.

РОМА. Ты принесёшь мне что-нибудь выпить?

Пауза.

ЛЕНА. Рома…

РОМА. Так да или нет?

ЛЕНА. Ну, хорошо.

РОМА. Спасибо.

ЛЕНА. Только ты всё равно не умрёшь. Ты будешь жить вечно.

РОМА. Откуда ты знаешь?

ЛЕНА. Знаю и всё.

РОМА. Это ты тоже в журнале прочитала?

ЛЕНА. Да.

На другом конце коридора включился свет, слышатся шаги, тихие голоса.

РОМА. Блин, опять идут.

ЛЕНА. Кто?

РОМА. Мне пора уходить.

ЛЕНА. Меня завтра выписывают.

РОМА. Да, ты говорила. (Пауза.) Что же… удачи.

ЛЕНА. И тебе тоже.

РОМА. Я рад, что ты здорова.

ЛЕНА. Ты тоже скоро будешь, я уверена.

РОМА. Ну, да.

ЛЕНА. Приятно было познакомиться.

РОМА. Не забудь о моей просьбе.

ЛЕНА. Я помню.

РОМА. Пока.

Рома собирается уйти.

ЛЕНА. Стой, ты забыл кое-что.

Лена отдаёт ему книгу Л. Кэрролла «Алиса в стране чудес».

РОМА. Лен, я не знаю… смогу ли я тебе вернуть… и когда…

ЛЕНА. Оставь себе. Всё равно книга библиотечная. (Пауза.) Ладно, это не правда. Только ты прочитай её обязательно.

РОМА. Обязательно. До свидания, Лена Федулова.

ЛЕНА. До встречи, Рома Не-знаю-твоей-фамилии.

СЦЕНА ВОСЬМАЯ

Стол. На столе стоит большой чайник, две чайные чашки. Лена в платье, волосы её повязаны лентой, на макушке завязан большой бант. За столом сидит Рома. Он одет в чёрный костюм, на шее — галстук-бабочка, на голове — шляпа. Рома медленно наливает чай в свою чашку. Все движения замедленны, как это бывает в кино. Лена удивлённо оглядывается по сторонам, смотрит на себя, затем на Рому.

ЛЕНА. Рома?

РОМА. Ещё чаю, Алиса?

ЛЕНА. Это ты? Ты здесь? Что ты тут делаешь?

Пауза. Лена садится за стол, развязывает бант на макушке.

СЦЕНА ДЕВЯТАЯ

Разговор по телефону.

РОМА. Привет, Федулова.

ЛЕНА. Это ты?

РОМА. Узнала?

ЛЕНА. Узнала.

РОМА. Как твои дела?

ЛЕНА. Замечательно. А тебя уже выписали?

РОМА. Почти.

ЛЕНА. Почти? В смысле, ты скоро выходишь?

РОМА. Можно и так сказать.

ЛЕНА. Я так рада, что ты позвонил.

РОМА. Я тоже.

ЛЕНА. Слушай, у меня столько историй! Хочешь, расскажу?

РОМА. Что там у тебя случилось?

ЛЕНА. Ты знаешь, меня кот поцарапал. Так сильно. Палец распух и болит. Я думаю, мне ампутируют руку.

РОМА. Не говори глупостей.

ЛЕНА. Точно ампутируют. У меня предчувствие.

РОМА. Ты такая дура, Федулова.

ЛЕНА. Что правда, то правда.

Пауза.

РОМА. Ты молчишь.

ЛЕНА. Я думаю.

РОМА. О чём? Только честно.

ЛЕНА. Я думаю… когда тебя выпишут, давай сходим в парк?

РОМА. В парк?

ЛЕНА. Да. Мы можем покормить уток, и всё такое. Как в «Над пропастью во ржи», знаешь?

РОМА. В нашем парке нет уток.

ЛЕНА. Ну, и что?

РОМА. Кого же ты кормить собралась?

ЛЕНА. Уток можно с собой принести. Я папу попрошу. Он сделает.

РОМА. Тогда, конечно, сходим.

ЛЕНА. Обещаешь?

РОМА. Да.

ЛЕНА. Скорей бы тебя выписали.

РОМА. Слушай, ты не хочешь увидеться?

ЛЕНА. С тобой?

РОМА. Нет, с утками. Ну, так ты как?

ЛЕНА. Мне придти в больницу?

РОМА. Да. Я пока не могу выйти.

ЛЕНА. А меня пустят?

РОМА. Я что-нибудь придумаю.

ЛЕНА. Хорошо. Тогда я через час у тебя, хорошо?

РОМА. Да.

ЛЕНА. Тогда до встречи?

РОМА. Да. Да. (Пауза.) Стой, Лена. Ты ещё здесь?

ЛЕНА. Да.

РОМА. Ты бы не могла по дороге зайти в магазин?

ЛЕНА. Тебе что-нибудь нужно купить?

РОМА. Да.

ЛЕНА. Хочешь я куплю тебе апельсиновый сок?

РОМА. Нет. То есть да. И ещё кое-что. (После паузы.) Ты бы не могла купить мне водки?

СЦЕНА ДЕСЯТАЯ

Стол. На столе стоит большой чайник, чайные чашки. Лена в платье, волосы её повязаны лентой, на макушке завязан большой бант. За столом сидит Рома. Он одет в чёрный костюм, на шее — галстук-бабочка, на голове — шляпа. Рома медленно наливает чай в свою чашку. Все движения замедленны, как это бывает в кино.

РОМА. Ещё чаю, Алиса?

ЛЕНА. Да, пожалуйста.

Рома наливает чай из большого чайника. Чашка заполняется, чай переливается через края, льётся на стол, далее — на пол.

* * *

Кафе.

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. Ещё чаю, Катя?

КАТЯ. Да, можно бы.

Молодой человек наливает ей чай в чашку.

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. А вы давно в музее работаете?

КАТЯ. Да нет, не то, чтобы очень. Вообще-то это временная работа. Я сюда после института устроилась, пока ничего получше не найду.

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. Мне кажется, у вас интересная работа.

КАТЯ. Это вам кажется.

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. Почему? Музей — это всё-таки такое место… вы по специальности работаете?

КАТЯ. Я вообще не филологическом училась. Вместе с Леной, кстати. Я уже говорила?

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. Расскажите мне о ней.

КАТЯ. Да что же она вас так интересует? Лена то, Лена сё…

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. Не знаю, просто так.

КАТЯ. Вы её знали?

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК (после паузы). Я хотел бы узнать, где её найти.

КАТЯ. Вряд ли у вас это получится.

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. Почему нет?

КАТЯ. Да зачем она вам? К тому же, я её не видела с тех пор, как она из универа свалила.

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. Почему?

КАТЯ. Что почему?

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. Почему она из института ушла?

КАТЯ. А я откуда знаю? Она мне не докладывалась. В один прекрасный день она просто не пришла на занятия. И с тех пор вообще не ходила.

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. Может, что случилось? Я не знаю. Может, она уехала. Вы пробовали её найти?

КАТЯ. Конечно. Приходила к ней несколько раз, никто дверь не открывал. Знаете, как-то раз иду, сморю, а она из окна выглядывает. Я ей — Лена, Лена, а она — ноль эмоций. Я тут же к ней бегу, стучу, звоню — тишина. Вот. Я подумала, она не хочет меня видеть. От неё всего можно ожидать. Я даже не знаю. Столько всего говорили: что она беременна, что вышла замуж и вся такая ерунда. И что вроде как она чем-то болела и что-то такое.

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. Какая запутанная история.

КАТЯ. Да уж. Просто Достоевский.

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. Что, простите?

КАТЯ. Ничего, не обращайте внимания.

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. А отец её что говорит? Ну, этот самый таксидермист?

КАТЯ. Я его не видела.

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. Как же, а выставка?

КАТЯ. Ну, и что, что выставка? Думаете, он сюда каждый день приходит? Нефига. Говорят, он вообще немного того… ну, вы понимаете. Да что вы меня терроризируете? Я не знаю ничего.

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. Извините.

КАТЯ. Да ладно уж, не берите в голову.

Пауза.

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. Может, ещё чаю?

КАТЯ. Нет, вы знаете, лучше, наверное, кофе.

СЦЕНА ПОСЛЕДНЯЯ

Улица. Лена стоит и смотрит в больничные окна. В одно из окон выглядывает Рома. Он что-то говорит, но Лена не слышит. Рома показывает что-то знаками.

ЛЕНА. Что ты там семафоришь? Я же не понимаю…

Рома на несколько секунд исчезает, потом снова появляется, бросает в окно листок бумаги, привязанный к ботинку шнурками. Лена подходит к упавшему предмету, разворачивает записку, на которой карандашом крупными буквами было написано «Следуй за белым кроликом».

Конец второй части
Часть третья
ДОМ НА УЛИЦЕ КРАСНОГО МАЯКА
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

ФЕДУЛОВ, таксидермист
ЛЕНА, дочь его
МАША

СЦЕНА ПЕРВАЯ

Парк. Лена сидит на скамейке, читает книгу, ест гамбургер. Мимо проходит девушка. Увидев Лену, она замедляет шаг, подходит к скамейке, садится рядом. Лена продолжает читать. Девушка несколько секунд сидит молча. Далее она выхватывает гамбургер из рук Лены и выкидывает его в рядом стоящую мусорку.

ДЕВУШКА. Гадость какая.

ЛЕНА. Между прочим, я это ела.

ДЕВУШКА. Тебе что, свой желудок не жаль? Ты знаешь, что срок хранения макдональдовских котлет в замороженном виде — два с половиной года. Представляешь, что они туда добавляют, что они так долго хранятся? А ты знаешь, сколько животных убивают для этих котлет? Просто ужас! И ты поддерживаешь убийц животных!

ЛЕНА. Никого я не поддерживаю

ДЕВУШКА. Это что у тебя, кока-кола?

ЛЕНА. Да.

ДЕВУШКА. Ну, ты вообще…

ЛЕНА. А с ней что?

ДЕВУШКА. Эта корпорация убивает своих работников. Да-да. Я это точно знаю. Я в журнале читала. И к тому же кола разлагает печень.

ЛЕНА. Что тут вообще происходит?

ДЕВУШКА. У нас завтра акция против этого фаст-фуда будет. Приходи тоже.

ЛЕНА. Это вряд ли. (Пауза.) Но я подумаю.

ДЕВУШКА. Я тебе оставлю вот это. (Она достаёт из сумки несколько листовок.) Вот. Тут всё написано. Место, время. Если что — приходи.

ЛЕНА. Ага.

ДЕВУШКА. Вот. Это можешь своим друзьям отдать. Вдруг кто-то заинтересуется…

ЛЕНА. Друзьям?

ДЕВУШКА. Ну, да. Ты уж извини за бутерброд. (Роется в сумке, достаёт яблоко.) Держи. Это тебе.

ЛЕНА. Здоровое питание.

ДЕВУШКА. Это точно. Ну, мне пора.

Девушка встаёт, Лена видит, что на её футболке нарисован белый кролик и надпись «No tasting on animals».

ЛЕНА. Стой. Что это у тебя на футболке?

ДЕВУШКА. О, это протест против опытов над животными.

ЛЕНА. Это кролик?

ДЕВУШКА. Да. (Садится рядом.) Ты знаешь, как эти косметические компании издеваются над бедными кроликами? Вот у тебя помада какой фирмы?

ЛЕНА. Я не пользуюсь.

ДЕВУШКА. Ну, а тушь? Ты знаешь, что при разработке новых видов косметики в мире ежегодно гибнет восемь миллионов подопытных животных? Ты представляешь? Ты представляешь?

ЛЕНА (безразлично). С ума сойти.

ДЕВУШКА. К сожалению, у меня нет с собой листовок.

ЛЕНА. Ты сама, как листовка. Находка для промоутеров.

ДЕВУШКА. Что?

ЛЕНА. Нет-нет, ничего. Так что ты говорила?

ДЕВУШКА. Знаешь, там прямо список фирм, которые проводят опыты над животными, а которые нет. С ним удобно в магазин ходить.

ЛЕНА. Ты, правда, с ним ходишь? С этим списком?

ДЕВУШКА. Да, конечно.

ЛЕНА. Да ты фанатик.

ДЕВУШКА. Ты бы так не говорила, если бы видела фотографии бедных кроличков. Хочешь, покажу?

ЛЕНА. Не очень.

ДЕВУШКА. Ладно, у меня всё равно их с собой нет.

Пауза.

ДЕВУШКА. Так, вставай.

ЛЕНА. Зачем?

ДЕВУШКА. Пойдём.

ЛЕНА. Куда?

ДЕВУШКА. Ко мне.

ЛЕНА. Зачем?

ДЕВУШКА. Так много вопросов. Просто пошли.

ЛЕНА. Мы даже не знакомы.

ДЕВУШКА. Господи, какие формальности. Хорошо. Меня зовут Маша.

ЛЕНА. Ты из Грин Писа?

МАША. Нет, а ты?

ЛЕНА. Я тоже нет.

МАША. Ну а тебя как зовут?

ЛЕНА. Лена.

Пауза.

МАША. Ну, вот и познакомились. Теперь идём ко мне. Я дам тебе список фирм.

ЛЕНА. Каких фирм? А. Ну, да…

МАША. И покажу измученных кроликов. А ещё у меня фотки тюленей есть. Эти браконьеры…

ЛЕНА. А ты далеко живешь?

МАША. Нет. Тут, рядом. На улице Красного Маяка.

ЛЕНА. Я тоже там живу. А ты в каком доме?

МАША. В двадцать третьем, а ты?

ЛЕНА. В тридцать восьмом.

МАША. Почти рядом.

ЛЕНА. Это точно.

МАША. Ну, так ты со мной?

ЛЕНА. Да, идём, белый кролик.

МАША. Как ты меня назвала?

ЛЕНА. Это я про футболку.

СЦЕНА ВТОРАЯ

Квартира Маши. Лена и Маша сидят за столом. Лена ковыряет вилкой в тарелке.

ЛЕНА. Ты уверена, что это можно есть?

МАША. Абсолютно.

ЛЕНА. А ты уверена, что оно приготовилось? Вкус, как у сырого мяса.

МАША. Это же соя. У неё должен быть такой вкус.

ЛЕНА. Ясно.

МАША. Тебе не нравится?

ЛЕНА. Нет-нет. Всё нормально.

Несколько секунд сидят молча.

МАША. А почему ты в парке одна сидела?

ЛЕНА. Я читала.

МАША. Странно.

ЛЕНА. А что тут такого?

МАША. Не знаю, я обычно дома читаю.

ЛЕНА. Я не могу дома. Там воздух какой-то не такой.

МАША. Душно?

ЛЕНА. Душно.

МАША. Да, сейчас такое время года. Нужно больше времени проводить на воздухе. Хотя в лесу клещи. Так. Ты всё? Поела?

ЛЕНА. Ага.

Маша начинает убирать со стола.

МАША. Так. Надо не забыть зверей покормить.

ЛЕНА. А они у тебя тоже вегетарианцы?

МАША. Нет, только птицы. И морская свинка. И хомяки. И улитки. Короче, почти все.

ЛЕНА. У тебя их много?

МАША. Не то, чтобы очень. Морская свинка, хорёк, два хомяка, рыбки, три улитки, попугай и кошка.

ЛЕНА. Ого.

МАША. Это ещё не много. У некоторых моих друзей побольше будет. Просто у меня квартира маленькая.

ЛЕНА. Ты одна живёшь?

МАША. Да. Но иногда ко мне приходит мой парень. (Пауза.) Что ты на меня так смотришь? Да, он тоже вегетарианец.

ЛЕНА. Это заразно?

МАША. Очень смешно.

ЛЕНА. А чем ты занимаешься, кроме как пристаёшь к людям в парке?

МАША. Ну, вообще-то я художник.

ЛЕНА. Правда?

МАША. Да, рисую всякий отстой.

ЛЕНА. Птиц?

МАША. Нет, люблю людей рисовать. Хочешь, тебя нарисую?

ЛЕНА. Правда? А тебе не трудно будет?

МАША. Нет, конечно. Подожди здесь.

Маша уходит, через некоторое время возвращается с бумагой, карандашами и прочими принадлежностями для рисования.

МАША. Ты ничего не имеешь против пастели? Ну, чтобы в цвете было?

ЛЕНА. Нет, так даже лучше будет.

МАША. Ты сядь вон на то стул и не двигайся.

ЛЕНА. Постараюсь.

Лена садится, Маша начинает рисовать.

МАША. Лен, что у тебя с лицом? Расслабься.

ЛЕНА. Легко сказать.

МАША. Давай разговаривать на отвлечённые темы. Чтобы ты расслабилась.

ЛЕНА. Давай.

МАША. Рассказывай.

ЛЕНА. Что рассказывать?

МАША. С кем живёшь, что делаешь? Всё рассказывай.

ЛЕНА. У меня в жизни ничего интересного. Серьёзно. Живу с папой, учусь в институте. Это всё. Скукота.

МАША. Прямо-таки всё?

ЛЕНА. А что ещё?

МАША. Не знаю. Как говорится, мы все оставляем следы на песке. Не прибедняйся. Так ты говоришь, ты с папой живёшь?

ЛЕНА. Ага.

МАША. А я наоборот, только с мамой жила.

ЛЕНА. А у меня мама умерла.

МАША. Сочувствую.

ЛЕНА. Это так давно было.

МАША. А у вас дома животные есть?

ЛЕНА. Да. Не так много, как у тебя, но всё-таки.

МАША. А кто у тебя?

ЛЕНА. В основном птицы. И кот.

МАША. Круто. Тоже попугаи?

ЛЕНА. Нет, дикие.

МАША. Не сложно за ними ухаживать?

ЛЕНА. Нет, не очень. Главное руками не трогать.

МАША. Откуда ты их взяла?

ЛЕНА. Папа принёс.

МАША. Ого, а можно будет посмотреть?

ЛЕНА. Конечно, в любое время.

МАША. Ну, хорошо, я приду. (Пауза.) Так, глаза я дорисовала.

ЛЕНА. Ты так долго одни глаза рисовала?

МАША. А ты как думала? Это же глаза.

ЛЕНА. Что ты так руками машешь? Что ты сейчас рисуешь?

МАША. Волосы.

ЛЕНА. У меня такие волосы?

МАША. Сиди, я уже почти закончила. Ну, вот. Ещё пять секунд.

Маша брызгает на рисунок лаком для волос.

ЛЕНА. А это зачем?

МАША. Чтобы пастель держалась. Ну, вот. Готово. Зацени.

Маша показывает Лене лист с нарисованным портретом. Лена долго смотрит, потом начинает смеяться.

ЛЕНА. Это шутка, что ли?

МАША. Лен, ты чего?

ЛЕНА. Это же не я.

МАША. Здрасти, а кто? Пушкин, что ли?

ЛЕНА. На Пушкина больше похоже. Смотри, ты волосы кудрявые нарисовала.

МАША. И что?

ЛЕНА. А у меня прямые. А ещё они тёмные, а ты светлые нарисовала. Я, конечно, всё понимаю. У вас, у художников, там сюрреализм всякий и всё такое, но это — не я. Эта девушка на портрете — не я.

МАША. Эй, ты давно на себя в зеркало смотрела? Эта девушка — твоя точная копия.

Лена берёт лист, внимательно рассматривает рисунок. У неё из носа начинает капать кровь. Несколько капель падают на портрет.

ЛЕНА. О, чёрт.

МАША. Что с тобой?

ЛЕНА. Ничего, не волнуйся. Блин, я испортила рисунок.

МАША. Так. Садись. Вот, держи бумажные платки. За рисунок не волнуйся, я сейчас всё исправлю.

ЛЕНА. Мне так жаль.

МАША. С тобой точно всё нормально?

ЛЕНА. Да, я в порядке.

МАША. Так. Сейчас я отведу тебя домой. А то вдруг ты умрёшь от потери крови, а я виновата буду. Слушай, может это от лака для волос?

ЛЕНА. Маловероятно.

МАША. Так. Ну, что, кровь не перестала?

ЛЕНА. Нет.

МАША. Крепись. Так. Где моя сумка? Всё, можно идти.

ЛЕНА. Маш, я могу одна дойти.

МАША. Тихо, всё. Уходим.

ЛЕНА. Возьми, пожалуйста, мой портрет.

МАША. Он же на тебя не похож?

ЛЕНА. Зато нарисовано хорошо.

Маша берёт портрет, они выходят.

СЦЕНА ТРЕТЬЯ

Квартира Лены.

МАША. Ну, как? Перестала кровь?

ЛЕНА. Нет.

МАША. Слушай, она уже минут двадцать не останавливается. Может, позвонить в больницу?

ЛЕНА. Не стоит.

МАША. Такое раньше бывало?

ЛЕНА. Бывало.

МАША. Я всё-таки думаю, что лучше бы сходить к врачу.

ЛЕНА. Маша, я же сказала уже. Не стоит.

Пауза.

ЛЕНА. Ты хотела посмотреть моих животных?

МАША. Я не знаю. Ты в таком состоянии.

ЛЕНА. Со мной всё хорошо. Ну, так ты как? Идём смотреть?

МАША. Да. А где они у тебя?

ЛЕНА. В моей комнате, пошли?

МАША. Пошли.

Они проходят в комнату Лены.

ЛЕНА. Ну, вот мои птицы. Слышишь, как щебечут? Обрадовались, что я пришла.

МАША. Ты о чём сейчас?

ЛЕНА. Ну, как же? Вот это — Джек. (Лена достаёт чучело воробья.) Ну, что ты так раскричался? Волнуется, наверное. Не бойся Машу, она тебя не съест. Она вегетарианка.

МАША. Одно из двух. Либо я сошла с ума, либо ты. Лена.

ЛЕНА. Что?

МАША. Они не живые.

ЛЕНА. Кто не живой?

МАША. Птицы твои. Это же чучела.

ЛЕНА. В каком смысле?

МАША. Так. Отлично. Мне надо идти (Набирает номер на телефоне.)Алло, скорая? (Уходит.)

ЛЕНА. Странная какая. Ну, птицы, как дела? Что вы раскричались? У меня голова болит от вас. Пряник, иди ко мне.

Лена берёт чучело кота, ложится на кровать.

* * *

Кафе.

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. И как давно у вас эта выставка?

КАТЯ. Где-то с месяц.

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. И как, много народу приходит?

КАТЯ. Не то, чтобы очень. В основном все приходят, чтобы зверюшек посмотреть.

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. А зачем ещё?

КАТЯ. Не знаю, зачем. Мало кто считает это искусством. А вы знаете. Федулов считал, что то, что он делает — искусство продлевать жизнь.

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. Романтично, ничего не скажешь.

КАТЯ. Это точно. Я помню, у Ленки кот умер, так папаша и из него чучело сделал. Лена везде с ним таскалась.

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. А разве их можно трогать? Я имею в виду их, наверное, чем-то ядовитым пропитывают. Да? Я не знаю всей технологии, но…

КАТЯ. Я тоже не знаю. Но вроде пропитывают.

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. Может, из-за этого у Федулова с головой что-то, не вы понимаете. Ну, может, надышался? Мало ли чего…

КАТЯ. Да кто теперь знает.

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. А вы же знаете, где он живёт.

КАТЯ. Ну и что? Мне к нему идти, нет никакого желания. Если хотите — идите сами. Тут недалеко. На улице Красного Маяка. Дом тридцать восемь. Да зачем вам это? Чувствую, что-то вы от меня скрываете.

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. Да что мне от вас скрывать? Могу я задать последний вопрос?

КАТЯ. Давайте.

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. Вот на этой фотографии Федулов, Лена, дочь его, а третий кто? (Показывает фотографию.)

КАТЯ. Ну-ка, дайте посмотреть. (Рассматривает фотографию.) Подождите. Подождите. Так. Это Лена, это Виктор Игоревич, а это… Нет, этого не может быть…

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. Кто это?

КАТЯ. Похоже на маму Лены. Странно. Она же умерла, когда Лена совсем ребёнком была.

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. Странно.

КАТЯ. Наверное, фотомонтаж. Так о чём мы там говорили?

СЦЕНА ПОСЛЕДНЯЯ-ПРЕПОСЛЕДНЯЯ

Небольшая комната, на диване сидит Лена. На ней красивое платье, волосы аккуратно уложены. Рядом с ней сидит женщина лет тридцати, на ней длинное, полностью закрывающее ноги, руки и шею платье, на руках перчатки. Обе женщины улыбаются. Рядом с диваном стоит Федулов. Он возится с фотоаппаратом, устанавливает его на штатив. Федулов смотрит в сторону сидящих на диване женщин, которые продолжают улыбаться, затем нажимает на фотоаппарате кнопку, быстро пересекает комнату, становится позади дивана, кладёт одну руку на плечо Лене, другую — на плечо женщины, улыбается. Стоит недвижно. Вспышка.

ЗАНАВЕС